Сына я очень ждала. Поэтому после его рождения мне было особенно страшно признаться себе, что вместо постоянного счастья я чувствую усталость, пустоту и раздражение.
Беременность прошла хорошо. Я давно принимала АРВ-терапию, вирусная нагрузка была неопределяемой. С медицинской точки зрения я чувствовала себя подготовленной.
Сын родился в срок.
Первые недели все вокруг говорили: «Наслаждайся, это такое счастливое время». А я почти ничего похожего не чувствовала.
Я не высыпалась, постоянно плакала, раздражалась на мужа, а потом ненавидела себя за это. Иногда смотрела на ребёнка и думала: «Почему я не чувствую того, что должна чувствовать?»
Мне казалось, что проблема во мне.
Постепенно стало ещё тяжелее. Я перестала отвечать подругам, не хотела выходить из дома. На фоне постоянной усталости дважды пропустила терапию.
И именно это заставило меня рассказать психологу, что со мной происходит.
Тогда я впервые услышала, что послеродовая депрессия — это не слабость характера и не доказательство того, что женщина не любит ребёнка.
Мне помогли обратиться за профессиональной помощью. Муж взял на себя часть бытовых дел и ночных подъёмов. Мы перестроили мой режим, чтобы я снова могла регулярно принимать терапию.
Восстановление не произошло за один день. Сначала просто стало немного легче вставать утром. Потом захотелось выйти на прогулку. Потом однажды я поймала себя на том, что смеюсь вместе с сыном.
Сейчас я особенно хочу сказать женщинам: если после родов вам плохо, не нужно ждать, пока станет совсем невыносимо.
Я слишком долго пыталась соответствовать картинке «счастливой мамы».
Обращение за помощью не сделало меня слабее. Наоборот, это был один из самых ответственных поступков, которые я сделала для себя и ребёнка.