Когда мне подтвердили ВИЧ во время беременности, я испугалась не только за ребёнка. Мне казалось, что после разговора с мужем я останусь одна.
Я ехала домой из Центра СПИД и мысленно репетировала разговор. Представляла, как он обвинит меня, уйдёт или скажет, что не хочет иметь со мной ничего общего. Мы ждали ребёнка, строили планы, и мне казалось, что одним медицинским результатом всё это перечёркнуто.
Я несколько часов ходила по квартире и никак не могла начать. В итоге просто положила перед мужем направление и сказала: «У меня подтвердили ВИЧ».
Он долго молчал. Я уже успела представить самое плохое, когда он спросил: «Что теперь нужно делать?»
Через несколько дней мы вместе поехали к врачу. Муж обследовался — его результат оказался отрицательным. Нам объяснили, как работает лечение, как защищается партнёр и что необходимо делать во время беременности для профилактики передачи ВИЧ ребёнку.
Я начала принимать терапию. Первое время муж даже напоминал мне про таблетки. Не потому что я постоянно забывала, а потому что мне было психологически тяжело видеть упаковку: каждый приём словно подтверждал, что диагноз настоящий.
Постепенно это изменилось. Таблетка перестала быть символом катастрофы и стала обычным лекарством, которое помогает мне оставаться здоровой.
Самое ценное — дома мы не превратили ВИЧ в главную тему. Мы так же выбирали имя, собирали кроватку, спорили о цвете коляски.
Сын родился здоровым. После необходимых обследований ВИЧ у него не подтвердился.
Сейчас я иногда вспоминаю первый вечер после диагноза. Тогда муж сказал мне: «Ты же не стала другим человеком».
Наверное, именно эти слова больше всего помогли мне позже принять себя. Если близкий человек видел во мне прежде всего меня, значит, и я могла постепенно перестать воспринимать себя исключительно через медицинский статус.
Я несколько часов ходила по квартире и никак не могла начать. В итоге просто положила перед мужем направление и сказала: «У меня подтвердили ВИЧ».
Он долго молчал. Я уже успела представить самое плохое, когда он спросил: «Что теперь нужно делать?»
Через несколько дней мы вместе поехали к врачу. Муж обследовался — его результат оказался отрицательным. Нам объяснили, как работает лечение, как защищается партнёр и что необходимо делать во время беременности для профилактики передачи ВИЧ ребёнку.
Я начала принимать терапию. Первое время муж даже напоминал мне про таблетки. Не потому что я постоянно забывала, а потому что мне было психологически тяжело видеть упаковку: каждый приём словно подтверждал, что диагноз настоящий.
Постепенно это изменилось. Таблетка перестала быть символом катастрофы и стала обычным лекарством, которое помогает мне оставаться здоровой.
Самое ценное — дома мы не превратили ВИЧ в главную тему. Мы так же выбирали имя, собирали кроватку, спорили о цвете коляски.
Сын родился здоровым. После необходимых обследований ВИЧ у него не подтвердился.
Сейчас я иногда вспоминаю первый вечер после диагноза. Тогда муж сказал мне: «Ты же не стала другим человеком».
Наверное, именно эти слова больше всего помогли мне позже принять себя. Если близкий человек видел во мне прежде всего меня, значит, и я могла постепенно перестать воспринимать себя исключительно через медицинский статус.